2a2e523a

Дайли Джанет - В Горе И В Радости



В ГОРЕ И В РАДОСТИ
Джанет ДАЙЛИ
Анонс
Брак Гаррисов, Стейси и Корда, был очень счастливым, пока Корд не пострадал в авиакатастрофе и не оказался прикованным к инвалидной коляске. На чувства Стейси это обстоятельство не повлияло, но для Корда смириться с ситуацией было выше его сил.

Он стал язвительным и нелюдимым и, в дулю желая облегчить жизнь жены, превратил ее в сущий ад. Лечение Корда доверили молодому физиотерапевту Поле Хансон.
На радость или на беду появилась в доме Гаррисов красавица блондинка?
Моей милой падчерице, Линде Дайли, которая, прочитав роман “Фиеста в Сан-Антонио”, пожелала узнать, что же дальше случилось с Кордом, ч вдохновила меня написать продолжение
Глава 1
Дверь в спальню была открыта. Стейси остановилась в нерешительности, нервно приглаживая пальцами волосы, стянутые заколкой. Она отрешенно заглянула в пустую, по-спартански обставленную комнату и уловила слабый запах лекарств.
В доме царили тишина и покой раннего утра, лишь Мария чуть слышно хлопотала на кухне, готовя завтрак. Стейси окинула холл беспокойным взором карих глаз и продолжила поиск в гостиной. Наконец она увидела инвалидное кресло - оно стояло у дверей на веранду.
До боли родная темноволосая голова покоилась на спинке кресла. Мягкий свет восходящего солнца играл в беспорядке черных завитков.
Стейси судорожно вздохнула. Не успело наступить утро, а Корд уже сидит и смотрит в окно. День не предвещал ничего нового, совсем такой же, как вереница предыдущих, - о светлых временах лучше и не вспоминать.
"Слава Богу, - с облегчением подумала Стейси, - что Джош остался с Мэри и ее мальчишками”. Плохое настроение Корда начинает выплескиваться и на сына, как ни старается она оградить его от этого. Надо признаться, она уже на пределе.
При виде некогда гордого и жизнерадостного мужчины, сидящего теперь в инвалидном кресле, глаза Стейси потемнели. Она испытывала те же душевные муки и те же страдания, что и он. Но ужаснее всего было сознание того, что помочь ему она не в силах.
Словно почувствовав ее присутствие, он взялся за колесо и развернул кресло. И прежде чем тяжелый взгляд Корда пронзил ее, как клинок рапиры, Стейси встретила его лучезарной улыбкой.
- Доброе утро, милый, - промурлыкала она. - Ты рано встал сегодня.
И услышала в ответ отрывистое “да”.
Корд направил кресло-коляску ей навстречу. Каким неприятным выражением искажены правильные черты его лица... Едва Стейси наклонилась, чтобы поцеловать его.

Корд резко отстранился, и шершавая щека, заросшая темной щетиной, уколола ей губы.
Постоянный отказ от любых проявлений нежности очень задевал Стейси, но она старалась не показывать виду.
- Ты забыл сегодня побриться, - смеясь, пожурила она его и обошла кресло, чтобы выкатить его в столовую.
- Не забыл. Просто не вижу необходимости, - последовал раздраженный ответ.
- Вот если бы тебе пришлось хоть раз поцеловать наждачную бумагу, ты бы так не думал. - Голос Стейси звучал неровно. Попытка пошутить была явно вымученной.
- Стейси, тебя никто не заставляет. - Корд произнес это так холодно и безучастно, что Стейси закрыла глаза и несколько раз мысленно повторила: “Он любит меня”.
- Никто не заставляет, - согласилась она и, стараясь вести себя как можно более непринужденно, продолжила:
- Я следую споим желаниям, только и всего.
Она установила кресло во главе стола, накрытого к завтраку. Проходя на свое место справа от него, снова наткнулась глазами на его колючий взгляд.
- С каких это пор моя страстная женушка довольствуется поцелуем в щеку



Назад