2a2e523a

Дансени Лорд - Слезы Королевы



Лорд Дансени
Слезы королевы
Сказка
пер. С.Лихачевой
Сильвия, Королева Лесов, устраивала приемы в своем лесном дворце и
насмехалась над поклонниками. "Я стану петь для вас, - говорила она, - я
стану созывать для вас пиры, я стану рассказывать вам предания былых времен,
мои жонглеры будут развлекать вас, мои армии - отдавать вам честь, шуты мои
- перекидываться с вами шутками и отпускать забавные каламбуры - только вот
полюбить вас я не смогу".
Так не обращаются с принцами в сиянии славы и таинственными
трубадурами, скрывающими свои королевские имена; это противоречит всем
легендам; мифы не знают ничего подобного, говорили поклонники. Ей следовало
бы бросить перчатку в логово какого-нибудь льва (утверждали они); ей
следовало бы запросить дюжину голов ядовитых змей из Ликантары, или
потребовать смерти любого достойного внимания дракона, или отослать всех
своих верных рыцарей свершать невероятные подвиги, грозящие неминуемой
гибелью, - но что она не сможет никого полюбить! Да это неслыханно! В
анналах рыцарского романа такого еще не бывало!
Тогда Королева объявила: раз уж им так нужно испытание - ну что ж, она
обещает свою руку тому, кто первым заставит ее плакать; и испытание это
названо будет Слезы Королевы, дабы можно было сослаться на него в хрониках и
песнях; и тот, кто исполнит назначенное, обвенчается с нею - будь он всего
лишь мелкопоместным герцогом из краев, в рыцарских романах не упомянутых.
Многими тогда овладел гнев, ибо они предвкушали уже какой-нибудь
кровопролитный подвиг; но старые гофмейстеры, перешептываясь между собою в
дальнем полутемном конце зала, признали, что испытание было и сложным, и
мудрым, ибо, если Королева сможет однажды заплакать, она также сможет и
полюбить. Они знали Сильвию с самого рождения: никогда с уст ее не слетало
даже вздоха. Много достойных мужей встречалось на ее пути - искатели ее руки
и рыцари ее свиты; ни одному не обернулась она вслед. Красота Королевы
подобна была безмолвным закатам морозных зимних вечеров, когда весь мир
объят холодом: зрелище леденящее и повергающее в трепет. Она походила на
залитую солнцем одинокую горную вершину, закованную в сверкающий лед,
несказанно прекрасную, на недоступное, гордое сияние поздним вечером в
бескрайней выси, за пределами уютного и привычного мира - вершина, перед
которой меркнут звезды, вершина, таящая гибель для скалолаза.
"Да, если она смогла бы заплакать, она смогла бы и полюбить", -
объявили гофмейстеры.
Она же мило улыбнулась сгорающим от страсти принцам и трубадурам,
скрывающим свои королевские имена.
Тогда, один за одним, каждый принц, домогающийся ее благосклонности,
поведал историю своей любви - простирая руки и опустившись на одно колено.
Весьма трогательны и жалостливы были их рассказы; то там, то здесь на
верхних галереях какая-нибудь из дворцовых фрейлин разражалась рыданиями.
Королева же изящно наклоняла голову, словно равнодушная магнолия, что во
мраке ночи подставляет всем по очереди ветеркам свои роскошные цветы. Когда
же все принцы поведали о безнадежной любви к Королеве и отбыли, не вправе
похвалиться иным трофеем, кроме собственных слез, - тогда-то явились,
скрывая свои громкие имена, безвестные трубадуры и рассказали о любви к
Сильвии в песнях.
И был среди них один, по имени Акроннион, одетый в лохмотья, покрытые
слоем дорожной пыли; а под лохмотьями таилась изрубленная в боях кольчуга,
покрытая вмятинами и царапинами; и когда ударил он по струнам арфы и запел
свою песнь, фрейл



Назад