2a2e523a

Дар Фредерик - Великанша



Сан-Антонио
Великанша
Хотя я и люблю крупные габариты, но уж особо чрезвычайных чувств к
великаншам не испытываю. Особенно после той истории, которая случилась у меня
с одной из таких.
Фамилия бабенки была Ланкофуйе, она была дочерью кузины Альфреда, моего
приятеля парикмахера. Как-то в разговоре он мне рассказал о семье Ланкофуйе, о
том, что этот ребенок для них сущий крест. Девочка в пять лет начала расти и
стала некрасивой. В десять лет ее рост был метр восемьдесят! В пятнадцать -
два. Она перестала расти, когда достигла двух метров десяти сантиметров. Если
бы у нее была тяга к баскетболу, то это еще полбеды! Но она ударилась в
нимфоманию. Целыми днями валялась на диване. Представляешь? Нинетта читала
целыми днями.
Сидели мы как-то разговаривали с Альфредом о том, о сем. И тут он говорит,
что его кузина открыла ему свой секрет, на счет того, что она томится от любви
и хочет ее узнать, эта телка. Но кто же рискнет забраться на такой монумент? У
нее, высказал Альфред предположение, должно быть такое погребце, что туда
войдет несколько двухметровых бутылок кьянти, если принять во внимание общую
панораму этой "мадемуазель". Тут ему в голову приходит мысль: "Слушай, Сандр,
ведь у тебя елда колосса (моя Берта ввела его в курс насчет того, что у меня
ишачиный отросток), почему бы тебе не попытаться попотчевать эту девочку?" Я
сначала запротестовал: хоть он у меня и здоровый, но не для такой же
кашалотихи, извини! Он ответил, а чем я рискую? В общем, то да се, я
согласился на эксперимент. Альфред сказал, что организует все это по-тихому и
ничего не будет говорить родителям о моей экспедиции, пока она официально не
будет зарегистрирована, и что, если мне удастся доставить удовольствие мисс
Ланкфуйе, мы всегда успеем сообщить эту приятную новость ее предкам.
Проходит после этого разговора несколько дней, и как-то утром он мне
звонит в легавку.
- Сандр, ты как сегодня на после обеда? Это я насчет своей кузины. Тебя
устроит в три часа?
- Хоккей!
- Значит, дуй в мотель "Большой лес", это на северном выезде, у Анченских
ворот. Там одна половина города натягивает другую. Я забронировал бунгало.
Л-18. Жми прямо туда. Нинетта будет тебя там ждать. Дело за тобой.
И он дает отбой. А я сам не свой. От перспективы стыковки с великаншей.
Это была гала-премьера для меня. Я собирался забраться на северную ягодицу
Станового хребта. И мучился вопросами о том, как же мне подступиться к этой
груде мяса (телесам). Я жму к Ангенским воротам. Наконец, бунгало Л-18. Оно
было последним в ряду, на краю поля. Стучусь. Мне говорят: "Войдите". Я вхожу.
- Здравствуйте, Нинетта, - вывожу я мелодию одним из лучших своих
ободряющих тонов.
И вижу объект на кровати. Какая же она страшная, эта "малышка", кузина
Альфреда, туды ее мать. Особенно рожа. Все-таки, хотя она и великанша, она
могла бы себе отрастить нормированную физиономию. Я знаю и других великанов,
но фотографии у них вполне съедобные. Гигантизм у нее начался именно отсюда.
Лицо экстравытянутое. Экстраширокое. Из этой девчонки можно было смастерить
многодетную семью. У нее не было ни возраста, ни форм. Просто огромная куча
несвежего мяса. А длиннющая! О, е мое, не поверишь, два десять, а ей - всего
шестнадцать! Иногда потолок два пятьдесят кажется тебе низким. Так вот, эта
малютка с ее двумя метрами десятью там бы точно не уместилась.
- Здравствуйте, Нинетта. Как у вас дела? - Повторяю я, протягивая ей руку.
Как слону, когда ты хочешь задобрить его орешком. Навстр



Назад