2a2e523a

Дарт-Торнтон Сесилия - Горькие Узы 1



СЕСИЛИЯ ДАРТ-ТОРНТОН
ЗАКЛЯТИЕ НЕМОТЫ
(ГОРЬКИЕ УЗЫ — 1)
... Башня Исс. Башня, обитатели которой НИКОГДА не выходят во внешний мир — и лишь шепотом, с ужасом пересказывают странные истории о страшных, сверхъестественных существах, населяющих его...
И только девчонка-найденыш, немая и обезображенная, дерзнула бежать из Исса, выйти навстречу опасностям внешнего мира — и проскользнуть на борт таинственного Летучего корабля.
Теперь ей предстоит узнать, НАСКОЛЬКО правдивы истории о монстрах, обитающих в мире за стенами Исса, — и научиться сражаться с этими монстрами НА РАВНЫХ...
Посвящается моим любимым родителям, моему чудесному мужу и всем многочисленным родным, моему другу писателю Полу Витковеру, Бетси Митчелл и Марте Миллард, а также Лиззи — первой читательнице рукописи.
ГЛАВА 1
Найденыш
Отверженный каприз Вселенной, безмолвен, крив — таков я сам.
Мои ступни увязли в землю, мой взор прикован к небесам.
Из талифской песни «Тоскуя о полете»
Дождь не имел ни начала, ни конца. Он все барабанил и барабанил, словно кто-то в нетерпении стучал пальцами по столу.
Беспрестанная дробь дождя да собственное хриплое дыхание — вот и все, что знало Существо. Оно понятия не имело о том, кто оно, не помнило, как попало сюда... Зачатки инстинкта гнали Существо вперед, в темноту.

Ползком преодолевало оно шершавые каменные уступы, продиралось сквозь мокрые когтистые заросли. Порою засыпало, но лишь на пару мгновений — а может быть, то были провалы в сознании.
Дождь начал терять силу.
Время тянулось.
Безымянное Существо, чьи члены совершенно онемели, продолжало двигаться. Достигнув ровной площадки, оно встало на трясущиеся ноги и пошло. Обрывки мыслей, подобно мертвой листве, носимой ветром, вихрем кружились в голове.
Вдруг ноги потеряли опору. Тело сорвалось вниз. Обвязывавшая руку лента зацепилась за выступ скалы, и худенькое Существо повисло на ней, тихо раскачиваясь из стороны в сторону, словно наживка на крючке.
Затем медленно, с огромным усилием, подняло другую руку. По-птичьи тонкие пальцы нащупали узел и ослабили его. Лента развязалась, Существо полетело вниз.
Упав на камни, оно нашло бы легкую смерть, но судьба не сжалилась, и вместо этого Существо приземлилось в заросли ядовитого плюща.
Несколько часов оно пролежало там без чувств, в то время как отравленные соки капали с листьев на лицо, разъедая кожу. Существо проснулось слишком слабым, чтобы закричать; собрав последние силы, оно отползло подальше от ядовитых кустов. Рассвет застал его лежащим в окоченении, с изуродованным лицом, обращенным к нёбу.
Благословенное тепло начало закрадываться в продрогшую плоть, проникая до самого костного мозга. Существо отстранение, будто издали, почувствовало, как ему разжимают челюсти, затем вдохнуло ароматный пар горячего бульона — и невольно сделало глоток.

Благоухающая питательная жидкость потекла внутрь, распространяя по телу волны приятного тепла. Существо сделало еще один глоток — и снова упало в изнеможении.
Пока тело только силилось вернуться к жизни, мозг работал стремительно. Одна мысль; вцепившись мертвой хваткой, не давала покоя: сколько Существо себя помнило, веки его всегда были закрыты. Оно попробовало разжать их, но не сумело; попыталось снова и, прежде чем беспамятство в очередной раз поглотило его, успело-таки разглядеть лицо старухи, чьи седые космы торчали клоками из-под запятнанной шали, словно паучьи лапки.
Тысячелетия, а может быть, дни, а может быть, минуты прошли в теплом туманном полусне. Порой Существо просыпалось,



Назад